На первый взгляд, показатели экономического роста Тайваня выглядят впечатляюще: страна демонстрирует увеличение на 14% в год, в то время как раньше этот показатель не превышал 3-4%. Основным фактором такого роста стало резкое увеличение экспорта, который в прошлом году достиг более чем 40% роста с учетом инфляции. Аналогичные успехи наблюдаются и в Южной Корее, где операционная прибыль крупнейших компаний увеличилась на 159%. Даже Япония, традиционно показывающая более скромные результаты, теперь демонстрирует рекордные прибыли, с экспортом, который растёт в четыре раза быстрее, чем сама экономика. Однако, несмотря на эти положительные данные, реальная картина оказывается более сложной.
Как указывает Улица Московская, экспортно-ориентированные сектора стран Северо-Восточной Азии начали разделяться на два уровня. С одной стороны, высокие технологии и искусственный интеллект подстегивают рост высокотехнологичного экспорта, особенно в производстве микросхем, который развивается в Южной Корее и на Тайване, а также в Японии, которая производит необходимое оборудование и материалы. С другой стороны, наблюдается значительный упадок остальных отраслей промышленности.
Если исключить данные о полупроводниках и связанных с ними серверах, экспорт Тайваня с 2022 года сократился на 40%. Южнокорейские производители, не связанные с высокими технологиями, также сталкиваются с застойными тенденциями, а японская промышленность в целом испытывает кризис — например, в автомобилестроении и химической отрасли, где Китай обошёл их. Ранее Китай просто собирал комплектующие и полуфабрикаты из этих стран, но теперь стал их конкурентом.
Интересно, что южнокорейский экспорт совпадает с китайским по тем товарам, где доля Китая на мировом рынке растёт быстрее всего, а Япония занимает лишь третье место в этом соревновании, уступая даже Вьетнаму, который сокращает своё отставание в некоторых низкотехнологичных секторах.
Согласно последним данным, динамика промышленного производства в Японии, Южной Корее и Тайване с 2006 по 2026 годы показывает, что уровень производства без учёта высоких технологий значительно упал. После 2022 года торговый баланс с Китаем резко ухудшился: Тайвань утратил привычный профицит, а Япония зафиксировала рекордный дефицит внешнеторгового баланса в 1,1 трлн йен, что составило около 2% её ВВП. В Южной Корее наблюдается аналогичная ситуация, хотя в последние месяцы рост экспорта микросхем помог вернуть страну в зону профита.
Старые отрасли в этих странах находятся под давлением: тайваньские машиностроители отправляют работников в неоплачиваемые отпуска, китайские автопроизводители вытесняют японцев с их собственного рынка, а южнокорейские производители аккумуляторов работают на половину мощности, уступая китайской компании CATL. В химической промышленности переизбыток мощностей в Китае привёл к обвалу цен, что негативно сказалось на японских и южнокорейских компаниях, которые сократили производство на 25% и 20% соответственно с 2019 года и 2022 года.
Всё это ведёт к сокращению ассортимента продукции обрабатывающей промышленности в Северо-Восточной Азии. В настоящее время на долю микросхем и оборудования, связанного с искусственным интеллектом, приходится более 40% южнокорейского экспорта и 80% для Тайваня, в то время как до пандемии этот показатель был менее половины. Все темпы роста промышленного производства в этом регионе с 2019 года (весьма скромные 15%) связаны исключительно с высокими технологиями.
С учетом растущей конкуренции со стороны Китая в производстве более простых товаров и собственных промышленных политик, зависимость стран Северо-Восточной Азии от высоких технологий и искусственного интеллекта становится очевидной. Южная Корея планирует выделить 530 миллиардов долларов на поддержку производителей микросхем в ближайшие 20 лет, в то время как Тайвань предлагает налоговые льготы для местных гигантов в производстве микросхем, позволяя значительно сократить затраты на оборудование и НИОКР. Японский премьер-министр Санаэ Такаити тоже намерен ускорить производство 61 стратегического товара, включая микросхемы, на что выделяется 16 миллиардов долларов.
Специализация на производстве высоких технологий и сложной продукции стала естественной для стран, которые достигли значительных экономических успехов. Однако у Японии, Южной Кореи и Тайваня есть две причины для беспокойства. Во-первых, их экономическое развитие всё больше зависит от экспорта. С 2019 года соотношение экспорта к ВВП в этих странах увеличилось в среднем на 9 процентных пунктов, достигнув 73% для Тайваня и 46% для Южной Кореи.
Во-вторых, экспорт этих стран сосредоточен на ограниченном круге покупателей, что делает их уязвимыми к экономическим колебаниям. Уровень сосредоточения экспорта в этих странах на 73% выше среднемирового. Тайвань особенно выделяется: две трети его экспорта, в основном микросхемы, идут в Америку и Китай. Хотя каждая из этих стран имеет свои особенности, все они сталкиваются с жесткой конкуренцией со стороны Китая и давлением со стороны американских пошлин.
Внутренний спрос в регионе слишком слаб, чтобы компенсировать растущее давление снаружи. Несмотря на их богатство, домохозяйства тратят на отечественные товары меньше, чем в других развитых странах. В Японии частное потребление составляет всего 53% от общего производства, а в Южной Корее и Тайване — около 40%, в то время как в развитом мире этот показатель в среднем составляет 60%. Это особенно удивительно на фоне стареющего населения, которое, казалось бы, должно способствовать росту потребления. Однако на протяжении последних десятилетий политика направлялась на развитие экспортно-ориентированного производства.
Такое смещение в сторону экспорта должно было быть временным, однако правительства не сделали необходимые шаги для корректировки. Влияние крупных экспортно-ориентированных корпораций также играет свою роль, создавая значительную разницу в уровне жизни между высококвалифицированными работниками и теми, кто занят в малом бизнесе.
В итоге, средняя реальная заработная плата на Тайване сопоставима с Испанией, несмотря на различия в уровне ВВП на душу населения. Высокий уровень безработицы среди молодежи и постоянный отток населения в поисках лучших условий жизни также говорят о проблемах, с которыми сталкиваются эти страны. Системы социального обеспечения в Тайване и Южной Корее остаются слабыми, что также сдерживает внутреннее потребление. В результате, Япония и Южная Корея имеют высокие уровни бедности среди пожилых людей, что в свою очередь усугубляет ситуацию.
Правительства начали осознавать эти проблемы и предпринимают шаги для их решения. В Японии система пожизненного найма становится более гибкой, что позволяет работникам искать лучшие условия труда, а Южная Корея планирует реформировать пенсионную систему. Однако в текущей ситуации преобладает «К-образная» экономика, где богатые становятся ещё богаче, а бедные — беднее. В будущем зависимость от экспорта и высоких технологий может привести к кризису, если страны не начнут диверсифицировать свои экономические стратегии.